Перейти к основному контенту

Прогноз Тома Ли по Ethereum в $7K-$9K: Почему бык с Уолл-стрит делает ставку на токенизацию, а не на спекуляции

· 13 мин чтения
Dora Noda
Dora Noda
Software Engineer

Когда Том Ли — соучредитель Fundstrat, верно предсказавший дно Биткоина в 2023 году — инвестировал 88 миллионов долларов в Ethereum по цене 3 200 долларов в январе 2026 года, он не рассчитывал на очередное «лето DeFi». Он готовился к тому, что он называет «суперциклом» Ethereum: переходу от спекулятивных финансов к институциональной инфраструктуре. Целевой показатель Ли в 7 000 – 9 000 долларов в краткосрочной перспективе (с потенциалом роста до 20 000 долларов к концу года) не основан на розничном FOMO или импульсе мемкоинов. Он опирается на то, что BlackRock токенизирует казначейские облигации на Ethereum, JPMorgan запускает фонды денежного рынка в сети, а Robinhood строит собственное L2 - решение. Вопрос не в том, захватит ли Ethereum потоки институциональных расчетов, а в том, как быстро Уолл - стрит откажется от устаревших систем в пользу блокчейн - инфраструктуры.

Тем не менее, публичный оптимизм Ли резко контрастирует с прогнозом Fundstrat для частных клиентов, который предполагает падение ETH до 1 800 – 2 000 долларов в первом полугодии 2026 года перед восстановлением. Этот разрыв выявляет основное противоречие в нарративе Ethereum 2026 года: долгосрочные фундаментальные показатели безупречны, но краткосрочные сдерживающие факторы — отток средств из ETF, конкуренция со стороны альтернативных L1 - сетей и макроэкономическая неопределенность — создают волатильность, проверяющую убежденность инвесторов. Ли играет вдолгую, накапливая активы во время просадок, поскольку считает, что токенизация и доходность стейкинга изменят модели институционального распределения капитала. Окажется ли его расчет верным или преждевременным, зависит от катализаторов, ускоряющихся быстрее, чем ожидают скептики.

Тезис о 7 000 – 9 000 долларов: токенизация как структурный спрос​

Прогноз Тома Ли по цене Ethereum не случаен — он рассчитан на основе структурного спроса со стороны токенизации реальных активов. В основе тезиса лежит доминирование Ethereum как расчетного уровня для институциональных финансов, мигрирующих в онлайн.

Возможности токенизации огромны. Фонд BUIDL от BlackRock владеет токенизированными казначейскими облигациями США на сумму 1,8 миллиарда долларов на базе Ethereum. JPMorgan запустил в сети свой токенизированный фонд денежного рынка MONY. Franklin Templeton, Ondo Finance и десятки других институтов токенизируют активы — облигации, недвижимость, акции — на инфраструктуре Ethereum. Standard Chartered прогнозирует, что объем токенизированных активов на Ethereum может достичь 2 триллионов долларов к 2028 году.

Ли утверждает, что это институциональное внедрение создает постоянный спрос. В отличие от розничных спекуляций (которые приходят и уходят в зависимости от настроений), институтам, развертывающим токенизированные продукты на Ethereum, требуется ETH для оплаты комиссий за газ, стейкинга и обеспечения. Этот спрос является устойчивым, растущим и структурно «бычьим».

Математика, подтверждающая 7 000 – 9 000 долларов:

  • Текущая цена ETH: ~ 3 200 долларов (на момент накопления Ли)
  • Цель: 7 000 – 9 000 долларов представляет собой потенциал роста на 118 % – 181 %
  • Катализатор: потоки институциональной токенизации, поглощающие предложение

Ли формулирует это как неизбежность, а не спекуляцию. Каждый доллар, токенизированный на Ethereum, усиливает сетевой эффект. По мере того как все больше институтов строят на Ethereum, стоимость перехода увеличивается, ликвидность углубляется, и платформу становится все труднее вытеснить. Этот эффект маховика — когда больше активов привлекают больше инфраструктуры, которая в свою очередь привлекает еще больше активов — лежит в основе тезиса о суперцикле.

Амбициозная цель в 20 000 долларов: если темпы роста ускорятся​

Более агрессивный сценарий Ли — 20 000 долларов к концу 2026 года — требует ускорения институционального внедрения сверх текущих траекторий. Эта цель предполагает совпадение нескольких катализаторов:

Одобрение ETF со стейкингом: Пересмотр SEC заявок на Ethereum - ETF с вознаграждениями за стейкинг может разблокировать миллиарды институционального капитала. В случае одобрения ETF, предлагающие 3 – 4 % доходности от стейкинга, станут привлекательными по сравнению с облигациями, предлагающими аналогичную доходность с меньшим потенциалом роста. Стейкинг 1 миллиарда долларов в ETH компанией BitMine за два дня демонстрирует аппетит институтов.

Динамика стейкинга: Поступление 90 000 – 100 000 ETH в стейкинг против всего 8 000 выходящих сигнализирует об изъятии предложения с ликвидных рынков. По мере того как институты блокируют ETH для получения доходности, оборотное предложение сокращается, создавая дефицит, который усиливает ценовые движения во время всплесков спроса.

Масштабирование L2, открывающее новые варианты использования: L2 - решения для Ethereum, такие как Arbitrum, Base и Optimism, обрабатывают 90 % транзакций, но проводят расчеты в основной сети Ethereum. По мере роста активности в L2 основная сеть становится основой безопасности и расчетов для экономической деятельности на триллионы долларов. Это позиционирует ETH как «цифровую пропускную способность» для мировых финансов.

Корпоративное внедрение: Создание Robinhood собственного L2 на Ethereum для токенизации более 2 000 акций сигнализирует о том, что крупные финтех - компании рассматривают Ethereum как фундаментальную инфраструктуру. Если за ними последуют другие корпорации — банки, выпускающие стейблкоины, биржи, токенизирующие ценные бумаги — Ethereum захватит рынки стоимостью в несколько триллионов долларов.

Сценарий в 20 000 долларов не является консенсусным — это оптимистичный вариант развития событий, если все сложится удачно. Сам Ли признает, что это требует ускорения импульса, а не просто его продолжения. Но он утверждает, что инфраструктура уже готова. Риск исполнения лежит на институтах, а не на Ethereum.

Противоположная позиция: осторожность Fundstrat в отношении частных клиентов​

Именно здесь нарратив Тома Ли усложняется. В то время как он публично призывает покупать Ethereum с целями в 7 000 – 9 000 долларов, отчеты Fundstrat для частных клиентов прогнозируют, что ETH может снизиться до 1 800 – 2 000 долларов в первом полугодии 2026 года перед началом восстановления.

Этот разрыв не обязательно противоречив — дело в сроках. Публичный оптимизм Ли носит долгосрочный характер (многолетний суперцикл). Прогноз для частных клиентов касается краткосрочных рисков (6 – 12 месяцев). Но это вызывает вопросы об убежденности и выборе времени.

Краткосрочные «медвежьи» факторы:

  • Отток из ETF: В начале 2026 года в Ethereum - ETF наблюдались значительные оттоки, в отличие от притоков в Bitcoin - ETF. Предпочтение институтами BTC перед ETH создает давление со стороны продавцов.
  • Конкуренция со стороны альтернативных L1: Институциональный импульс Solana (называемой «Nasdaq блокчейнов»), захват сетью Base 60 % транзакций в L2 и новые L1, такие как Monad, бросают вызов нарративу о доминировании Ethereum.
  • Отставание от BTC: Ethereum демонстрировал худшие результаты по сравнению с Биткоином на протяжении цикла 2024 – 2026 годов, разочаровывая инвесторов, которые ожидали, что ETH станет лидером в период институционального внедрения.
  • Макроэкономические факторы: Неопределенность политики ФРС, опасения по поводу тарифов и неприятие риска оказывают давление на спекулятивные активы, включая криптовалюты.

Сценарий падения до 1 800 – 2 000 долларов предполагает, что эти сдерживающие факторы сохранятся, что приведет ETH ниже ключевых уровней поддержки до того, как фундаментальные факторы снова заявят о себе. Это создает классическую дилемму «поиска дна» для инвесторов.

Почему Ли продолжает накапливать активы, несмотря на краткосрочные риски: Он делает ставку на то, что институциональная токенизация неизбежна, независимо от краткосрочной волатильности. Покупка по цене 3 200 долларов (или ниже) дает возможность получить многолетнюю прибыль до уровня 7 000 долларов и выше. Краткосрочная боль — это шум; структурный тезис — это сигнал.

Институциональное внедрение: катализаторы, укрепляющие уверенность Ли​

Оптимистичный прогноз Тома Ли в отношении Ethereum основывается на наблюдаемом институциональном внедрении, а не на догадках. Несколько конкретных катализаторов подтверждают прогноз в 7000–7 000 – 9 000 :

Фонд BUIDL от BlackRock: 1,8миллиардавтокенизированныхказначейскихоблигацияхнабазеEthereum.BlackRockявляетсякрупнейшимвмиреуправляющимактивами( 1,8 миллиарда в токенизированных казначейских облигациях на базе Ethereum. BlackRock является крупнейшим в мире управляющим активами ( 10 триллионов активов под управлением). Когда BlackRock строит на Ethereum, это подтверждает надежность платформы для институтов по всему миру.

Фонд MONY от JPMorgan: токенизированный фонд денежного рынка на Ethereum. JPMorgan владеет активами на сумму $ 3,9 триллиона. Его присутствие в сети сигнализирует о том, что миграция TradFi в блокчейн — это реальность, а не теория.

L2-сеть Robinhood: создание сети второго уровня (Layer 2) на базе Ethereum для токенизации акций демонстрирует, что крупные финтех-компании рассматривают Ethereum как расчетную инфраструктуру для традиционных активов.

Разворот очереди на стейкинг: приток 90 000 – 100 000 ETH в стейкинг против 8 000 выходящих монет выводит предложение из обращения. Институты, такие как BitMine, стейкающие миллиарды, демонстрируют долгосрочную уверенность.

Притоки в ETF: несмотря на краткосрочную волатильность, спотовые Ethereum-ETF зафиксировали чистый приток в размере $ 17,4 миллиарда по состоянию на 1 января 2026 года. Этот институциональный капитал не спекулирует — он распределяет средства для стратегического позиционирования.

Доминирование в секторе RWA: Ethereum удерживает 65,5 % доли рынка токенизированных активов реального мира (12,5миллиардаTVL),чтозначительнопревышаетпоказателиBNBChain( 12,5 миллиарда TVL), что значительно превышает показатели BNB Chain ( 2 миллиарда). Этот сетевой эффект делает Ethereum платформой по умолчанию для институциональной токенизации.

Это не обещания, а реальные производственные внедрения. Институты строят, а не экспериментируют. Это значительно снижает риски тезиса Ли. Вопрос переходит из плоскости «примут ли институты Ethereum?» в плоскость «как быстро это произойдет?».

Доходность от стейкинга: сдвиг в модели распределения активов​

Ли подчеркивает, что доходность от стейкинга меняет правила игры для институционального распределения капитала. Доходность Ethereum в 3–4 % не кажется ошеломляющей, но она значима для институтов, сравнивающих криптовалюту с облигациями и акциями.

Институциональный расчет:

  • 10-летние казначейские облигации США: доходность ~4,5 %, ограниченный потенциал роста.
  • S&P 500: дивидендная доходность ~2 %, риск фондового рынка.
  • Стейкинг Ethereum: доходность 3–4 % + потенциал роста цены.

Для институтов, ищущих некоррелированную доходность, стейкинг Ethereum предлагает конкурентоспособный доход с асимметричным потенциалом роста. Это принципиально отличается от Bitcoin, который не приносит доходности. ETH становится приносящим доход активом с опциональностью роста.

Последствия стейкинг-ETF: если SEC одобрит Ethereum-ETF с вознаграждением за стейкинг, это демократизирует доступ для институтов, которые не могут напрямую управлять валидаторами. Это может разблокировать десятки миллиардов спроса со стороны пенсионных фондов, эндаументов и семейных офисов, ищущих доходность в условиях низких ставок.

Динамика предложения: стейкинг изымает ETH из ликвидного предложения. По мере того как институты блокируют токены ради доходности в 3–4 %, оборотное предложение сокращается. Во время скачков спроса снижение ликвидности усиливает ценовые движения. Это создает структурную поддержку покупателей, способствующую более высоким оценкам.

Переход от «Ethereum как спекулятивного актива» к «Ethereum как инфраструктуре, приносящей доход» меняет базу инвесторов. Институты, ориентированные на доходность, имеют более длинные горизонты планирования и более высокую уверенность, чем розничные трейдеры. Это стабилизирует ценовое действие и поддерживает более высокие котировки.

Риски: почему скептики сомневаются в достижении 7000–7 000 – 9 000​

Несмотря на уверенность Ли, несколько серьезных рисков ставят под сомнение тезис о росте до 7000–7 000 – 9 000 :

Усиление конкуренции среди Alt-L1: институциональный импульс Solana угрожает доминированию Ethereum. Одобрение Solana компанией R3 как «Nasdaq среди блокчейнов» в сочетании с Solana-ETF, предлагающими 7 % доходности от стейкинга против 3–4 % у Ethereum, создает конкурентную угрозу. Если институты сочтут Solana более быстрой, дешевой и высокодоходной, сетевой эффект Ethereum может ослабнуть.

Проблема извлечения ценности L2: стратегия масштабирования Ethereum опирается на L2-сети, обрабатывающие транзакции. Однако L2, такие как Base и Arbitrum, забирают большую часть комиссионного дохода, оставляя основной сети Ethereum минимальную экономическую активность. Если L2 не будут проводить достаточно расчетов в основной сети, тезис о накоплении ценности ETH может провалиться.

Сохраняющаяся регуляторная неопределенность: несмотря на прогресс, регулирование криптовалют в США остается незавершенным. Задержки SEC в одобрении стейкинг-ETF, возможные изменения в политике при новых администрациях или неожиданные принудительные действия могут сорвать институциональное внедрение.

Нарратив об отставании: Ethereum демонстрирует худшие результаты по сравнению с Bitcoin на протяжении нескольких лет. Это создает циклы негативных настроений: инвесторы продают ETH, чтобы купить BTC, что еще больше давит на ETH, подкрепляя этот нарратив. Для разрыва этого цикла требуется устойчивое опережение рынка, которое пока не материализовалось.

Ухудшение макроэкономической ситуации: в случае рецессии отток средств из рисковых активов может оказать давление на всю криптовалюту, независимо от фундаментальных показателей. Корреляция Ethereum с акциями во время кризисов подрывает его статус «цифрового товара».

Токенизация идет медленнее, чем ожидалось: институциональное внедрение может занять больше времени, чем предсказывают «быки». Традиционные системы инертны. Комплаенс требует времени. Даже при наличии готовой инфраструктуры миграция может растянуться на десятилетия, а не годы, откладывая суперцикл Ли.

Эти риски реальны и нетривиальны. Ли признает их косвенно, накапливая позиции по цене $ 3 200 , а не дожидаясь подтверждения. Ставка делается на то, что фундаментальные показатели преодолеют встречные ветры, но время имеет решающее значение.

Технический анализ: уровни поддержки и зоны прорыва​

Помимо фундаментальных показателей, цели Ли совпадают с данными технического анализа, указывающими на ключевые уровни сопротивления, которые ETH должен преодолеть:

Текущая консолидация: Торговля ETH в диапазоне 2800–2 800 – 3 500 отражает неопределенность. Быкам необходим прорыв выше $ 3 500 для подтверждения возобновления восходящего тренда.

**Первая цель: 5000∗∗:Возвраткпсихологическойотметкев5 000**: Возврат к психологической отметке в 5 000 просигнализирует о смене импульса. Для этого требуется ускорение притока средств в ETF и рост спроса на стейкинг.

Вторая цель: 7000–7 000 – 9 000: Краткосрочная целевая зона Ли. Прорыв выше требует устойчивых институциональных покупок и набора популярности нарративами токенизации.

Максимальная цель: 12000–12 000 – 20 000: Долгосрочный «бычий» сценарий. Требует срабатывания всех катализаторов — одобрения стейкинг-ETF, взрывного роста RWA и масштабирования L2, открывающего новые варианты использования.

Риск снижения: 1800–1 800 – 2 000: «Медвежий» сценарий Fundstrat. Прорыв ниже поддержки в $ 2 500 спровоцирует капитуляцию и тестирование минимумов 2023 года.

Техническая картина отражает фундаментальную дискуссию: консолидация перед прорывом (бычий настрой) или распределение перед падением (медвежий настрой). Ли делает ставку на прорыв, открывая позиции до подтверждения, а не вдогонку.

Что это значит для инвесторов​

Прогноз Тома Ли по Ethereum в диапазоне 7000–7 000 – 9 000 — это не краткосрочная сделка, а многолетний тезис, требующий уверенности в условиях волатильности. Несколько выводов для инвесторов:

Для долгосрочных держателей: Если вы верите в неизбежность институциональной токенизации, текущие цены (2800–2 800 – 3 500) предлагают точку входа до ускорения темпов внедрения. Исторически накопление в периоды скептицизма приносило лучшие результаты, чем погоня за ралли.

Для трейдеров: Краткосрочная волатильность создает возможности. Сценарий снижения от Fundstrat до 1800–1 800 – 2 000 предполагает ожидание подтверждения перед агрессивным входом в капитал. Соотношение риска и прибыли говорит в пользу выжидания при ухудшении макроэкономической ситуации.

Для институтов: Доходность от стейкинга и кейсы использования токенизации позиционируют Ethereum как стратегический актив в инфраструктурном портфеле. Вопрос не в том, «если», а в том, «сколько» и «когда». Сегодняшние пилотные программы снижают риски для более масштабных развертываний в будущем.

Для скептиков: Репутация Ли не безупречна. Его «бычьи» прогнозы иногда сбываются с опозданием или не сбываются вовсе. Слепая вера в любого аналитика — даже успешного — создает риски. Важны независимые исследования и управление рисками.

Для сторонников альтернативных L1-сетей: Доминирование Ethereum не гарантировано. Solana, Avalanche и другие L1-сети ведут агрессивную конкуренцию. Диверсификация между платформами хеджирует риск реализации.

Основная мысль: Тезис об институциональном внедрении Ethereum подкреплен наблюдаемыми фактами, а не спекуляциями. Приведет ли это к ценам в 7000–7 000 – 9 000 к 2026 году или займет больше времени, зависит от ускорения катализаторов. Ли делает ставку на ускорение. Время покажет, будет ли оправдана его уверенность.

Источники​

Share on Twitter